Несмотря на кажущуюся удаленность дома, Жан знал поворот на дороге Милл Крик, от которого до дома было чуть больше мили. В последнее время Жан, однако, разуверился, что ему единственному известно о существовании дома, хотя тот, кто также знал о нем, был не из здешних краев. Однажды Жан обнаружил в доме пепел в очаге, которого не было, когда он заходил туда в последний раз... это было как раз на следующее утро, когда на дороге Милл Крик нашли тело Арона Колби.

Жан спустился в низину, перешел ручей по упавшему бревну и начал подниматься вверх по склону сквозь густые заросли деревьев. Когда он взобрался на пригорок, где земля была твердая, он быстро пошел — почти побежал — по гребню, продираясь через кусты, спеша встретить Роба. Медовое дерево было совсем рядом.

Вдруг он снова увидел чужой след. Человек шел по той же тропе, которую выбрал Жан, но подойдя к Медовому дереву, резко свернул и перепрыгнул через маленький ручеек: Жан видел отпечатки его ног там, где он приземлился после прыжка, и там, где этот человек подскольнулся, карабкаясь по мокрой глине берега.

Взглянув на поляну с места, где неожиданно свернул незнакомец, Жан увидел Роба, сидящего на бревне в ожидании встречи.

Следы были совсем свежие, незнакомец опережал его на несколько минут. Человек очевидно заметил Роба и быстро повернул в сторону. Почему мужчина испугался, что его кто-нибудь увидит?

Жан вышел на поляну.

— Привет, — сказал он.

Глава 2

Медовое дерево стояло на краю маленькой полянки, вытянув во все стороны давно мертвые и голые сучья. Гигантский кипарис, в который давным-давно попала молния и который за много лет оброс пушистым мхом, был футов девяти в поперечнике и футов шестидесяти в высоту, внутри он был совсем пустым. В этом громадном дупле хранился мед не одного поколения пчел, а для Жана Лабаржа это дерево было постоянным источником волнений с самого первого дня, когда он нашел его. Не проходило недели, чтобы Жан со сладким предвкушением не придумал способа, как его обчистить.